Николай Кленов (nikolamsu) wrote,
Николай Кленов
nikolamsu

Categories:
  • Mood:
  • Music:

Война-1654. Крымское ханство.


И вот, наконец, я сподобился на продолжение старого обсуждения «азиатской природы» русских вооруженных сил в середине XVII века (http://nikolamsu.livejournal.com/89139.html).
Заранее прошу прощения у тех, кого я утомил своей воинственностью в последнее время. В свое оправдание могу лишь еще раз подчеркнуть, что без понимания войны, в том числе и в то переломное время в истории европейской цивилизации, мы не поймем и мира. Яркую иллюстрацию к этому тезису по выбранной тематике можно найти, например, в недавно вышедшем на русском «Очерке истории Украины» Наталии Яковенко. Здесь на фоне в целом крайне высокого уровня работы особенно ярко заметны провалы, вытекающие из (кажется, что и принципиального) нежелания принимать и описывать логику войны, в том числе и войн 1648-1678 годов.
Итак, в этот раз мы обратимся к описанию противника русской армии, располагавшего «эталонно азиатскими» вооруженными силами. Речь идет о Крымском ханстве. Причем для Крымского ханства разбираемые события 1648-1678 годов – одна из славнейших страниц его военной истории.
Вместо простого описания многочисленных примеров боевого применения крымских вооруженных сил попробую выделить 3 ключевых тезиса, принципиально важных для понимания всего взаимодействия Крыма с Россией в разбираемой войне, проиллюстрировав эти мысли живыми примерами.
  • 1. При обсуждении всех «геополитических раскладов» в Восточной Европе обязательно следует разделять политику Крыма и Высокой Порты, разделять интересы недолюбливающих друг друга турок и татар.
    Османы, как утверждает С.Ф. Орешкова, начинают свое движение в Северное Причерноморье целиком в рамках своей борьбы за господство на Средиземном море, «преследуя» после взятия Константинополя своих генуэзских «друзей». Именно логика борьбы за средиземноморскую торговлю вела Высокую Порту в Кафу (1454, 1475), Трапезунд (1461), придунайскую Молдавию (1476), Килию и Аккерман (1484), превращая Кара-Дениз в «османское озеро». «До XVII века земли к северу от татарских степей и кочевий Оттоманскую империю не интересовали», -- сказано излишне сильно, но рациональное зерно в этом утверждении есть.
    [А.В. Виноградов, А.В. Малов, «Сошлись с ними у Воскресенья в Молодех» // Единорогъ. Материалы по военной истории Восточной Европы эпохи Средних веков и раннего Нового времени, вып. 2, С.212-215].
    Даже целью знаменитого османского похода на Астрахань в 1569 году было не «сокрушение России» (как пишут некоторые излишне экзальтированные авторы), а овладение важнейшей крепостью, контролирующей устье Волги и связывающей суннитские владения в Причерноморье с суннитскими же владениями в Средней Азии. И уж тогда бы злостный персидский еретик, заключенный в огненное кольцо правоверных фронтов, ответил бы сразу за все. В том числе и за свинью по кличке «Баязид», что завел себе основатель державы Сефевидов.
    При этом действия Девлет-Гирея в ходе астраханской эпопеи сложно назвать иначе, чем саботажем: Крым был совершенно не заинтересован в укреплении реальной власти Стамбула над осколками владений Чингизова племени.
    С другой стороны, ключевые победы времен того же «Взявшего Трон» – разгромы Кабарды 1570-го (сравн. http://www.vostlit.info/Texts/Dokumenty/Kavkaz/XVIII/1700-1720/Nogmov/text3.htm) и сожжение Москвы 1571-го состоялись без заметного участия османского сюзерена. «Никакие документы, не считая политических деклараций на дипломатическом уровне, не дают оснований предполагать столь распространенное в исторической литературе заблуждение об участии в походе турок, в том числе янычар» (Виноградов, Малов. С. 233).
    Интересы Крыма в рассматриваемой войне – сама война как постоянный источник небывало богатого ясыря, да еще и сохранение равновесия между Россией и Речью Посполитой при устранении от их борьбы Высокой Порты, чтобы сохранить перспективы новых войн и на будущее. Как видим, никаких перспектив к устойчивому союзу с Крымом Россия в разбираемой войне не имела.


  • 2. Вслед за проходящей критической ревизией сообщений о неисчислимых ордах «московитов», думаю, не избежать и тщательной проверки сомнительных рассказов о сотнях тысяч крымских всадников на полях европейских сражений (см., например, тут про нашествие Гази-«Бора»-Гирея, с которым в темпе бури двигались « людей с полтораста тысяч и болши»: http://thor-2006.livejournal.com/16036.html).
    Так в 1659 году в конотопской компании, в которой Крым сыграл яркую и важную роль, его силы, объединенные под командованием хана Мухаммед-Гирея, нур-ад-дина и «со всеми семью царевичами», насчитывали – по типичным показаниям очевидцев! – «крымских татар, и нагайцов, и белогородцев, и азовцев, и темрюкских черкас с 60000» [РГАДА. Ф. 123. Сношения России с Крымом. Оп. 1. 1659 год. Стб. 7. Л. 11-12]
    Для сравнения можно указать, что в аналогичных свидетельствах «современников и очевидцев» общая численность русской армии под Конотопом варьируется от 80 до 360 000 ратников.
    [См. АЮЗР. М., 1872. Т. 7. С. 303. Неплохой обзор того, как росли в свидетельствах того времени несметные толпы побитых супостатов можно найти в работе Kroll P. Od ugody Hadziackiej do Cudnowa. Warszawa,2008. S229]
    При этом все уже, думаю, в курсе, что реальная суммарная численность непосредственно перед знаменитым русско-казацко-татарским сражением трех боярских полков (у князя Трубецкого ≈16000 человек; у князя Куракина ≈4000 человек; у князя Ромодановского 7300 человек) и 7 казачьих полков наказного атамана Беспалого составляла примерно 34 000 человек при 76 орудиях.
    [И. Б. Бабулин, Состав и численность русского войска в Конотопском походе 1659 года // Единорогъ. Материалы по военной истории Восточной Европы эпохи Средних веков и раннего Нового времени, вып. 2, С.80-109].
    Сколь возможно точный расчет сил крымского хана под славным для него Конотопом дает следующие результаты:
    крымские капы-кулу – примерно 3000 человек;
    сеймены – «ездящие стрелки» хана – не более 4000 человек;
    уланы – примерно 500 воинов;
    отряды перекопского Ор-бея и отряды трех участвовавших в походе трех больших крымских родов (Седжеут, Барын и Аргын) – не более 2000 человек;
    ногаи – главный источник живой силы – 15… 20 тысяч всадников.
    В общей сложности все силы, что шли под общим командованием хана (реальным руководителем был, как разумно предполагает Бабулин, был Карач-бей перекопский) насчитывали примерно 30 тысяч человек.
    [И. Б. Бабулин. Князь Семен Пожарский и Конотопская битва. СПб., 2009. С.73-75].
    Любопытно совпадение с оценкой крымских сил на глазок в исполнении турка-современника. Во время венгерской компании крымский хан Гази-«Бора»-Гирей неоднократно хвалился тем, что привел с собой 150 000 войска, и в этой связи Ибрагим-эфенди Печевили ехидно отмечает: «разве это может быть – сто пятьдесят тысяч? Много что было тридцать тысяч или сорок с чем-нибудь».
    [Тарихи-Печеви. Цит. по Смирнов В.Д. Крымское ханство под верховенством Оттоманской Порты. М., 2005. Т. 1. С. 333].
    Таким образом можно заключить: Крымское ханство имел достаточно ограниченные по своим возможностям и весьма специфические вооруженные силы, численность которых в историографии традиционно преувеличивается. Определенное – достаточно большое по меркам XV века и весьма скромное по меркам века XVII – количество боеготовых воинов хан мог собрать достаточно быстро. При этом характерной особенностью этой «азиатской армии» была принципиальная невозможность а) существенно превзойти определенное пороговое значение в численности вооруженных сил, определяемое просто количеством взрослых мужчин в кочевьях; б) быстро пополнить понесенные в сражениях потери. Создается парадоксальное впечатление, что на первых этапах Военной Революции именно численность вооруженных людей, которых бы государство смогло реально (а не в фантазиях) в разумные сроки собрать и организовать отличала «европейские» армии от армий азиатских, бесчисленных лишь номинально.


  • Наконец, нужно отметить, что военная организация Крымского ханства постоянно изменялась, пытаясь подстраиваться к ходу времени. Важным этапом в этом развитие стал распад в середине 1550 орды Больших ногаев. Малые ногаи, наследники дела князя Юсуфа и Казы-мурзы, перешли под власть Крымского ханства и превратили Азов из «знатного торгового города» в «гнездо и пещеру разбойников». Именно малые ногаи, думается, усилили «номадическую составляющую» в вооруженных силах (и, соответственно, в политике) Крымского ханства, выразившуюся в активизации набегов на соседей, в том числе и на северо-восточном направлении.
    [ЦГАДА. Турецкие дела Посольского приказа. 1695-1696. Л. 1]
    Но были заметны в истории крымских вооруженных сил и определенные движения противоположного свойства. Так, Сахиб-Гирею, предшественнику упоминавшегося выше Девлета I, принадлежит попытка «посадить ногаев на землю» путем широкой раздачи земли «оседлым» подданным, равно как и строительство Перекопских укреплений. Подобное строительство крепостей в ключевых точках Причерноморья, несколько выбивающееся из традиционного образа кочевого хищника, было начато еще отцом-основателем Менгли-Гиреем (Ферах-Керман, Джан-Керман, Кара-Керман, Девлет-Керман), продолжалось и при его наследниках (тот же упомянутый Гази-Гирей построил для контроля над землями черкесов укрепление с оригинальным названием Гази-Керман).
    [Смирнов В.Д. Крымское ханство под верховенством Оттоманской Порты. М., 2005. Т. 1. С. 312].
    Несколько раз предпринимались попытки и построения в Крыму вооруженных сил нового типа. Тот же реформатор Сахиб-Гирей занимался созданием корпуса капы-кулу по османским образцам, пытался упорядочить службу наемнков-сейменов, вооруженных огнестрельным оружием. Позднее уже Гази-Гирей ввел налог на содержание пятисот стрелков-тюфенкджи, однако достаточно долго это нововведение не продержалось.

  • [Смирнов В.Д. Крымское ханство под верховенством Оттоманской Порты. М., 2005. Т. 1. С. 312].
    Общий «беспорядочный» итог основных преобразований «Крыма военного» (и даже стихийная природа некоторых из них) подчеркнул еще одну особенность «азиатских армий»: невозможность целенаправленного масштабного изменения таких вооруженных сил, уж очень тесно связанных с обществом, элитами, государством.
    Подведем итог: Крымское ханство перед 1654 годом было не слишком грозным, но крайне «неприятным» стратегическим противником России, жизненно заинтересованно в провале всех основных планов русского правительства. Ну а сравнение русской армии с действительно «азиатской» военной структурой позволило лучше увидеть некоторые принципиальные особенность нашей армии и общества XVII века.


    P.S. Не могу не отрекламировать вещщщь, качественно закрывающую многие из затронутых выше вопросов: http://thor-2006.livejournal.com/41857.html#comments Читайте и получайте удовольствие.

    P.S.S. Дамы и господа, кто-нибудь знает, куда пропал уважаемый datcanin? Жутко жаль его пропавшего журнала :-((
    Tags: история, русофилия
    Subscribe
    • Post a new comment

      Error

      default userpic

      Your reply will be screened

      Your IP address will be recorded 

      When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
      You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
    • 125 comments